Байка о «великом полководце» Болбочане – продолжение

Я уже писал о том, как в современных украинских учебниках пишут откровенную ложь о том, что «великий украинский полководец» Петр Болбочан якобы самостоятельно брал Харьков в начале апреля 1918 года. Да так брал, что никто в Харькове данного факта каким-то чудом не заметил! (см. http://kornilov.name/bayka-o-slavnom-atmane-bolbochane-yakobyi-harkov-vzyavshem/).

В продолжение темы расскажу о том, как точно таким же способом сегодня фальсифируют историю «Великого Крымского похода», совершенного Болбочаном.

Петр Болбочан в 1918 году

Во многих украинских «исследованиях» живописуется героическое взятие Болбочаном Мелитополя 18 апреля 1918 года. Украинская Википедия (во всяком случае, по состоянию на сегодняшний день) сообщает: «18 апреля передовые части Крымской группы начали бой за Мелитополь, который большевики усиленно обороняли. Запорожская пехота, под защитой бронепоездов и артиллерии, приступом заняла вражьи окопы и принудила большевиков отступать в направлении Крыма, на сивашские позиции».

Эта же байка попала и в книгу В. Савченко «12 войн за Украину»: «18 апреля 1918 года группа Болбочана ворвалась в Мелитополь, принудив отступить красные части к Бердянску».

А вот как описан данный «геройский штурм» в нациковской газете «Незборыма нация»: «18 апреля запорожцы эшелонами выехали в направлении Мелитополя… В тот же день авангард Крымской группы вступил в бой за Мелитополь, который обороняла армия т.н. Крымской социалистической республики во главе с Гольдштайном. После ожесточенных боев красные внезапно отступили, оставив запорожцам «много самоходов, аэропланов и небольших моторных лодок»"…

Примерно слово в слово эту байку о тяжкой битве с Гольдштайном повторяет известный в Севастополе «байкарь» Игорь Лосев в газете «Флот Украины«.

Могу еще долго цитировать подобные «исследования», сводящиеся к одному – 18 апреля 1918 года в тяжелейших боях с красными «славный полководец» Болбочан взял Мелитополь.

И снова-таки, как и в случае с Харьковом, для украинских мифотворцев есть одна незадача – к 18 апреля 1918 года, то есть якобы к моменту прибытия в город Болбочана, красных там уже и в помине не было!

Для подтверждения приведу на этот раз не местную прессу, а дневники генерала (простите, на тот момент еще полковника Генерального штаба) Михаила Дроздовского, который, собственно, и взял Мелитополь за несколько дней до появления там немцев и уж тем более «грозного и ужасного» Болбочана!

Михаил Дроздовский

Дело в том, что Дроздовский вел свой дневник, скрупулезно по дням описывая свой поход вплоть до Ростова. Простое сопоставление дат дает основания утверждать, что он описывал все довольно точно. Было бы странно, если бы он ошибся в случае с Мелитополем.

Итак, судя по дневнику, уже 13 апреля 1918 г. отряд Дроздовского оказался в предместьях Мелитополя, проведя разведку и выяснив, что под командой красных (основные их силы к тому времени уже давно отошли в Донбасс и в Крым) находится сотни две-три штыков – Болбочану, даже если б он хотел повоевать, особенно не с кем было.

15 апреля Дроздовский подошел к Мелитополю с юга, заняв Акимовку. 16 апреля к 15.30 войска полковника вступили в город. Вот как описано это в дневнике: «Подход к Мелитополю – сплошное триумфальноео шествие; уже в дер. Песчаное (пригород) встретили толпы крестьян с хлебом-солью и приветствиями; ближе к городу – еще хлеб-соль, в городе улицы, проходящие на вокзал, запружены. Делегация железнодорожников с белым флагом и речью – приветствие избавителям, еще хлеб-соль. Цветы, приветственные крики».

Погодите-ка, а где же наш Болбочан?! А он еще в Александровске (то есть в Запорожье). И с кем же, спрашивается, он 18 апреля сражался???

Как и в случае с Харьковом, если Болбочан каким-то образом умудрился и проникнуть в Мелитополь ранее Дроздовского (ну, мало ли, историки могли потом с датами ошибиться), то сами жители города его проникновения снова-таки не заметили!

Дроздовский подробно, чуть ли не по часам, описывает свое пребывание в Мелитополе. 17 апреля, к примеру, около 14.00 он встретился с городским головой, обсудив с ним организацию местной милиции. Лишь к вечеру пришло сообщение от немцев, которые сообщили о намерении прибыть в город к утру 18 апреля! Заметьте, немцы, не Болбочан!

Утром 18 апреля в Мелитополе были опубликованы воззвания «о свержении власти большевиков и уничтожении всех их декретов». Вся гражданская власть передавалась городской Думе.

И лишь между 13.00 и 14.00 на мелитопольский вокзал прибыл первый немецкий поезд. Без выстрела, без шума, без пыли… Дроздовский довольно подробно описывает переговоры с немцами, но снова-таки украинцы и Болбочан никем замечены не были.

Утром 19 апреля отряд Дроздовского перебрался в соседнюю с Мелитополем Константиновку, дабы не соседствовать с немцами. Вот как описывает свой уход полковник:

«Я со штабом шел по главной улице, во главе первой роты со знаменем и музыкой. Немало народа (и простого) встречало колонну, поклоны, приветы, одна женщина крестила. За эти дни определились ясно симпатии народной массы к нам, население ждало избавителей, откуда бы они ни пришли, и пришло избавление от русских регулярных войск; все симпатии, вся радость спасения отдана нам, своим. Если бы пришли немцы или украинцы первыми избавителями – то к ним были бы направлены общие симпатии, а теперь пришли иноземцы и появление их почти во всех группах населения произвело тягостное впечатление, оскорбление еще сильного патриотизма».

По-моему, все очень четко и понятно по поводу того, кто первым появился в Мелитополе, не правда ли? Кстати, любопытно разграничение, данное Дроздовским: свои, русские, и иноземцы, то есть немцы и… украинцы.

Затем отряд полковника Дроздовского пару дней пробыл в предместьях Мелитополя, уйдя лишь 22 апреля. И уже в последние дни своего пребывания там, судя по дневнику, его отряду довелось столкнуться с «героями» Болбочана. Вот как описаны впечатления Дроздовского от этого общения, противопоставляя корректное обращение немцев поведению «запорожцев»:

«С украинцами напротив – отношения отвратительные: приставанье снять погоны, боятся только драться – разнузданная банда, старающаяся задеть… Некоторые были побиты – тогда успокоились, хамы, рабы…

Немцы – враги, но мы их уважаем, хотя и ненавидим… Украинцы – к ним одно презрение, как к ренегатам и разнузданным бандам. Немцы к украинцам – нескрываемое презрение, третирование, понукание. Называют бандой, сбродом… Они действительно банда, неуважение к своим начальникам, неповиновение, разнузданность – те же хамы.

Украинские офицеры больше половины враждебны украинской идее, в настоящем виде и по составу не больше трети не украинцы – некуда было деваться… При тяжелых обстоятельствах бросят их ряды…»

Так вот они какие – эти вояки «славного освободителя» Болбочана!..

Утром 22 апреля 1918 г. полковник Дроздовский в последний раз заехал в центр Мелитополя, забрал сшитый под заказ френч («100 рублей за фасон и приклад») и поехал догонять уже вышедшую на запад свою колонну…

Понятно, что мнение будущего генерала Дроздовского, ставшего одним из символов белого движения, субъективно. Понятно, что в желто-блакитных мемуарах немало можно найти уничижительных характеристих и самих белых. Но факты Дроздовский излагал безукоризненно. И они однозначно свидетельствуют: все эти рассказы о том, как атаман Болбочан в тяжелых боях с большевиками взял Мелитополь – это очередная байка, сказка, выдумка!

Далее биографы Болбочана живописуют то, как «великий украинский полководец» самостоятельно, без немцев, брал Крым. Подозреваю, что эти рассказки – такие же байки, как история о том, как он брал Харьков и Мелитополь. Но доверю развенчание этих баек крымским историкам. Поскольку дальнейший путь атамана, шедшего в немецких обозах, лежал за пределы исследуемой мною Донецкой республики…

Социальные сети:           


Байка о «великом полководце» Болбочане – продолжение: 10 комментариев

  1. Ничо, скоро свидоми историки запишут Дроздовского в украинци и отправят в денщики к Болбочану. Шкуро же записали в ОУН.

    • Вот жаль! А я уж думал, пропустил такую замечательную байку!

    • » 19 серпня 1941 р. Андрій Шкуро у відповідь на це звернення пише листа голові Проводу українських націоналістів. У ньому, зокрема, зазначалося: «Я, Андрій Шкуро, генерал-поручник Кубанського Козачого Війська, зголошую готовність стати під прапори Українського Націоналізму… На це моє рішення вплинули такі обставини: …часи, що їх тепер переживаємо, покладають на всіх українців обов’язок скупчення всіх творчих сил під одним проводом у боротьбі з відвічним ворогом Української Нації для виборення її суверенного державного життя в усіх її етнографічних границях…»
      На це рішення Андрія Шкуро вплинуло і жахливе становище кубанських емігрантів у Сербії та бажання козацької верхівки в Сербії «повести козацтво визволяти Батьківщину…» Козацька старшина доручила Андрію Шкуро розпочати переговори з Андрієм Мельником «у справі включення козацтва до активної боротьби з московським більшовизмом у складі української самостійної формації, а коли це неможливо, то у складі козацьких частин у складі німецького, або хорватського війська». «…Нашим безумовним бажанням, – писав Шкуро, – (є) вжити нас в операціях тільки на українських етнографічних територіях».
      «Про все це договорився я з Вашим уповноваженим представником… – закінчував свого листа Андрій Шкуро Андрієві Мельнику, – і складаючи оцим мою чолобитню, підтверджую своїм власноручним підписом. Слава Україні!»…

      • Меня всегда интересовало, где же так Шкуро на галицком писать научился?

        • Это из него подсознательно полилось, на генетическом уровне.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>