«Билозир им не был нужен живым»

Просто очень любопытно, что все-таки будут писать о смерти композитора Игоря Билозира через несколько лет? Что-то обязательно напишут. Это бесспорно. Все, приключившееся во Львове, слишком многозначно и важно для понимания смысла того, что происходит с нами сейчас. Это в других культурах время может расставить все на свои места. В украинской истории туман, которым окутаны события в момент их свершения, не рассеивается со временем. Он становится все более густым и все более непроницаемым. Украинская история – состоит из мифов, нанизанных один на другой. Собственно, вся украинская история – сплошной миф. Причем события становятся мифами часто задолго до того, как они произошли.

Показания очевидцев – порой наиболее недостоверная часть сведений о событии, поскольку очевидцы вовсе не озабочены объективным изложением фактов. Они с увлечением созидают мифы, которыми потом наполнятся книги по украинской истории. Судите сами, насколько могут будущие историки полагаться на показания наших современников, если уже сейчас интерпретация причин смерти Игоря Билозира существует, как минимум, в трех совершенно не похожих друг на друга вариантах.

1. Три версии

Версия первая. Билозир был убит свирепыми украинскими националистами-бандеровцами за то, что пел русские песни. Г-н Жириновский ретранслировал эту точку зрения даже в стенах Российской Госдумы. Судя по всему, версия эта восходит к знаменитому ведущему “Взгляда” Александру Любимову, который 30 мая на канале ОРТ поведал о страдальце за русские песни во Львове.

Версия вторая. Билозир был убит оборзевшими русскими шовинистами за то, что пел украинские песни. Эта точка зрения особенно популярна на Украине. Она отнюдь не лишена официальной поддержки. Проправительственная газета “Факты” утверждает, что “известного композитора зверски избили двое 28-летних хулиганов – за то, что маэстро в одном из кафе пел свои песни на украинском языке”. Даже сам глава Госкомитета по информации Украины Иван Драч в интервью “Независимой газете” 8 июня заявил буквально: “композитора Игоря Билозира убили во Львове только за то, что он пел песню на украинском языке”.

Что делать будущему историку, если оба источника (так, по крайней мере, представляется большинству наших современников) – авторитетнее не бывает: опытнейший журналист и шеф главного информационного ведомства Украины? Можно себе только представить, насколько достоверны были новости и комментарии в том самом приснопамятном перестроечном “Взгляде” конца 80-х гг. А про информированность и объективность конторы Ивана Драча можно и вовсе не говорить.

Версия третья. Билозир умер от травмы, полученной в банальной драке в питейном заведении. У этой версии есть множество своих ответвлений. Общим в них является только то, что Билозир вечером 8 мая отмечал в кафе свой день рождения и с кем-то повздорил. 20 дней он находился в коме и умер в больнице скорой помощи, не приходя в сознание.

Онлайновое агентство “UA today” полагает, что драка произошла из-за того, что украинский композитор вступил в контакт с группой молодых посетителей кафе и “мешал им слушать блатные песни на русском языке”. Российское интернетовское издание “Газета.ru” также утверждает, что Билозир “сделал замечание двум русским парням, которые слушали русский шансон”. В ответ, продолжают русские авторы, “любители блатных мотивов забили актера железными прутьями”.

По иным версиям выходит, что маэстро действительно пел в кафе сам. Так утверждает в интервью газете “День” спутник Билозира в тот злополучный вечер, львовский журналист Богдан Гнатовский. По его словам, “от другого столика подошел мужчина и довольно грубо сказал: “Бросьте петь, не мешайте нам отдыхать”. Но и Гнатовский не отрицает того, что композитор все равно ходил к столику других посетителей “и о чем-то с ними перемолвился”. Вообще в изложении Гнатовского, пели в том кафе чуть ли не все клиенты, и все делали друг другу замечания. А кто, собственно, начал драку, даже этот “свидетель” не знает: “Я отвернулся и не видел, что и как произошло и кто ударил Игоря”.

Тем не менее, на основании сведений такого уровня “достоверности” националистическая общественность Украины сделала далеко идущие выводы касательно страшной угрозы, которая, якобы, нависла над всей украинской культурой.

2. “Бей москалей!”

Во Львове прошли митинги с требованием “провести над убийцами открытый суд, прекратить русскую экспансию на информационных просторах Украины, – сообщают “Факты”. – Некоторые горячие головы требуют принудительно выселять “чужеземцев”. А в самом центре Львова вывешены несколько плакатов с недвусмысленными призывами”. Толпа даже разгромила то самое кафе “Цiсарьска кава”, в котором все это случилось. Студенты Львовского университета, сообщает московская “Независимая газета”, – начали акцию “Молодежь – против москализации”.

В галицкой прессе нет недостатка в злобных антирусских высказываниях.

“За несколько последних лет мы потеряли все то, о чем говорилось на заре украинской демократии… Партии правой и ультраправой ориентации очень радикально заявляют о своих намерениях навести порядок во Львове. Мы были очень вялыми, толерантными, демократичными, одним словом, бесхребетными, и позволили сесть на голову русской части населения. Вечерний Львов превращается в русскоязычный Львов, даже иногда забываешь, где ты находишься. Такое впечатление, что в украинском государстве делается все для того, чтобы дать широкую дорогу именно русской культуре, оставив для украинской узенькую обочину. Так что Львову сейчас нечем похвалиться, галицкий Пьемонт постепенно превращается в город, где преобладает русскоязычный культурный продукт – звучит русская популярная музыка, широко продается русская книга, в киосках доминирует русская пресса” (известный поэт Игорь Калинец в интервью “Дню”).

“Убийство Билозира двумя обезумевшими кацапами … было воспринято как циничная пощечина по нашему гонору. Оба – сыночки местной кацапской элиты. Это она взлелеяла убийц, воспитала в них ненависть ко всему украинскому, ведь они прекрасно знали, кого убивают. Поруганная национальная честь взывает о мщении” (некто “Юзьо Обсерватор” в газете “Поступ” – львовяне знают, кто скрывается под псевдонимом).

А текст заявления УНСО на сайте “Part.org” и вовсе стоит привести почти целиком и в оригинале: “Російська меншина у Львові завжди відрізнялась особливою ненавистю до української мови. Тому де-де, а у Львові росіяни повинні знати своє місце. Це не Донецьк чи Луганськ… Влада – це хохли, яких більше цікавлять гроші, а не мова. Тому вона нічого не робить і не зробить для проведення розумної мовної політики…

Нормальною реакцією людини з чоловічими якостями буде не менш рішуча відповідь на удар. Не варто приборкувати народ – він і так у нас лохуватий по своїй суті – звик терпіти знущання. Будь-яку можливість сплеску свідомості, віри та патріотизму слід вітати. Саме такі речі і формують націю, а не економічні реформи і сите життя.

Москалі, коли їм це вигідно, навіть згадують про демократію. Нехай згадають про неї в Чечні. Або нехай хоча б вибачаться за мільйони вбитих чи вивезених у Сибір мешканців Західної України. Вони про це навіть не згадують. Не згадують, як проводилась та русифікація – по трупах. А тепер їм демократію подавай? Це несерйозно.

Українці повинні бути господарями на своїй землі, і робити те, що вони вважають за потрібне, а не те, що хочуть москалі, чи ще хтось”.

В похоронах Билозира участвовало 150 тыс. человек. Для города с населением меньше миллиона человек это огромная цифра. Львов не видел таких похорон с 1944 года – тогда хоронили митрополита Шептицкого.

3. Личная драма музыканта

В Киеве от всех этих галицких страстей могут категорически откреститься. Более того, некоторые издания пытаются направить течение событий в иное, не “антимоскальское” русло. “День” ставит проблему ценности человеческой жизни на Украине и предлагает задуматься “над тем, что сегодня в Украине ни один человек не застрахован от гибели в уличной драке”. Журнал “ПiК”, ссылаясь на то, что один из двоих обвиняемых – заместитель начальника львовской городской милиции, поднимают тему “особливого відчуття безкарності” у работников правоохранительных органов и их родичей и просит своих читателей присылать в редакцию примеры аналогичных случаев.

Эти точки зрения на случившееся во Львове, конечно, имеют право на существование. Еще актуальнее в этом отношении вообще обсуждение того места, которое в современном обществе занимает украинский деятель искусства. Многие львовские интеллигенты именно в этом ключе и принялись было трактовать смерть Билозира. Дескать, нет внимания со стороны общества к украинской песне… Но нашлись “доброжелатели”, которые перевели стрелки на москалей.

По большому счету, у нас не должно возникнуть желание придавать какое-то национальное звучание бытовой драке в кафе. И тем более не стоит спешить на защиту тех, кого обвиняют в смерти Билозира. И Билозир никакой не страдалец за украинскую песню, и его обидчики, скорее всего, не страдальцы за русскую идею. Наши львовские друзья и раньше рассказывали нам о том, что русская песня чрезвычайно популярна на дискотеках и в ресторанах. Молодежь уверена, что это “круто” – слушать именно москальские, а не “рогульские” песни (рогулями издавна “благородные” горожане в Галиции именовали выходцев из сел). Но эти настроения пока что, судя по всему, не выходят за пределы ночного, может быть, и “блатного” Львова, который просто не знает ничего другого. По крайней мере, эта мода никак не сказывается на итогах разных голосований в Галиции или на поддержке русского политического движения. Попросту говоря, не стоит особо радоваться популярности “русского шансона” у завсегдатаев львовских кафе. Это, возможно, пока лишь первые симптомы некоего перелома в сознании простых львовян, которые могут никак и не прижиться на галицкой нездоровой почве.

Еще наши львовские собеседники рассказали нам о личной драме Игоря Билозира. Известный композитор, он уже несколько лет – с того самого момента, как они расстались со совей женой, популярной певицей Оксаной Билозир – фактически Билозир ничего не создал. Да и вообще жизнь вел не самую похвальную. Не случайно ведь директор Львовского театра оперы и балета Тадей Эдер признался с болью местной прессе, что, на его взгляд, “трагедия стала следствием того, что уже случилось много лет тому назад в личной жизни композитора”: “Коли людина гинула і падала, то хто подав йому руку, хто дієво підтримав його?” Но об этой трактовке вообще на митингах не упоминают.

А надо было бы. Вот показательный факт. Его бывшая жена на своей странице в Интернете поместила призыв перечислить деньги для помощи композитору. Как сообщает ведущая львовская газета “Высокий замок”, на счету аж 45 гривен. Да если бы каждый из полутораста тысяч шедших за гробом Билозира, перечислил не то чтобы по гривне, а хотя бы по копейке – сумма на счету была бы в десятки раз большей.

“Голос Украины” рассказал о том, что в прошлом году Билозир хотел торжественно отметить 20-летний юбилей своего знаменитого ансамбля “Ватра”, но не смог найти спонсоров для концерта. Зато сейчас друзей у него хоть отбавляй. “Билозир им не был нужен живым”, – заметил один из моих львовских собеседников.

4. Трагедия украинской культуры

Им нужна была жертва. Украинские интеллигенты попали в расставленные ими же самими капканы. На заре перестройки они были уверены, что вполне достаточно провозгласить собственное государство, сделать украинский язык единым официально признанным, поудобнее усесться в министерские и депутатские кресла – и все пойдет как по маслу. Не читавшиеся никем раньше произведения станут бестселлерами; никому неизвестные авторы будут у всех на слуху. Но этого не получилось. Более того – как личное оскорбление они воспринимают тот факт, что во Львовских кафе предпочитают читать русские газеты и слушать русские песни.

Пошедшая у них на поводу украинская публика тоже просчиталась. Я помню, как еще молодая, но малограмотная дежурная в университете, где в то время заседали все политические новообразования, спорила со своими напарницами на тему о том, что “Рух – это хорошо”. Когда ее просили сформулировать доказательства, она сжала кулаки и стала визжать: “Я хочу хоть немного пожить хорошо, потому что я – украинка и живу на Украине”.

Их убедили будто за то, что ты – украинец, ты можешь получить какие-то дополнительные блага, нечто, чего не получит твой сосед-русский, например. Например, учебу в Мюнхене за счет диаспоры или более высокую зарплату за счет “правильной” записи в паспорте. Но и этого не получилось. Даже графу соответствующую из паспорта выкинули. Думаю, та девица жить стала еще хуже, как и многие соотечественники, независимо от того, поддерживали они Рух в самом начале или нет.

Так давно не принято в цивилизованном мире, куда мы так упорно делали вид, что стремимся. Надо было принять соответствующие законы, объявить русских и прочих нацменов второсортной публикой, лишить их гражданских прав, а русский язык и вовсе запретить… Но тогда бы под вопросом оказался многообещающий путь к сближению с манящим Западом. Да и реакцию русских предугадать было сложно.

Вот сейчас пришел черед еще одного приступа психоза. Можно вообразить, как злился медленно катившийся по наклонной плоскости композитор, чьи песни оказались никому не нужными на родине – даже своим сородичам – когда он слышал “иностранные” песни в своем городе. Можно представить, как он подошел к гулявшей публике и начал кричать, что он народный артист Украины…

Во Львове, оказывается, уже давно приняли постановление о запрете на трансляцию “иностранных” песен в общественных местах. Сейчас борьба за то, чтобы это постановление исправно претворялось в жизнь, развернется с невиданной силой. “Под шумок” и киевская братия начнет ворчать и требовать ожесточить борьбу с “иноязычным засильем” – читай: с русскими газетами, русским театром, русскими книгами, русскими песнями.

Интервью И. Драча “Независимой газете”, о котором мы уже упоминали, в этом плане очень показательно. Он хоть и заявляет, что “если хоть один из, к примеру, 10 россиян, приехавших в Украину, скажет, что ущемляется русская культура, я готов покинуть свой пост”, тем не менее считает, что “сегодня в загоне украинский язык, украинская духовность, украинская культура”. Он даже, не стесняясь, признает, что возглавляемый им на заре своего существования Рух в этом вопросе проявлял излишнюю мягкость: “В конце 80-х, в период зарождения Народного Руха Украины, мы, национальные демократы, считали, что украинцы смогут обрести свободу и независимость, утверждая общечеловеческие ценности. Но уже в 1995 году, когда я стал одним из инициаторов и лидером Конгресса украинской интеллигенции, начал считать, что украинскую культуру, язык необходимо защищать в собственной стране”.

Какими методами? Да все теми же – о них же в эти дни кричат на львовских митингах -запретами, штрафами, рескриптами, указами. Именно потому он, поэт, и подался в министры. Да, он сможет запретить нам выписывать русские газеты, но он не сможет запретить нам читать наши старые русские книги. Никто не сможет обязать в законодательном порядке полюбить с такого-то числа поэзию Драча, Павлычко или Калинца. Никто не сможет насильно заставить слушать какие-то песни. Чтобы Драча-поэта читали и любили, он должен не указы пописывать, а стихи.

Но это как раз до них и не доходит. И если даже теперь, когда на Западной Украине русские школы можно пересчитать по пальцам, официальный документ в государственный орган не подашь кроме как на украинском языке, а русский в школах порой и вовсе не изучается, если даже теперь в кафе предпочитают слушать русскую песню, это значит, что никакие “рiшучi дiї” по искоренению русского языка тут не помогут. Единственное, что они способны – это принести новые жертвы.

Так что угроза над украинской культурой действительно нависла. Только главные ее враги – ее т. н. “радетели” и “защитнички”.

«Донецкий кряж», 15 июня 2000 г.


* «Русское меньшинство во Львове всегда отличалась особой ненавистью к украинскому языку. Поэтому где-где, а в Львове русские должны знать свое место. Это не Донецк или Луганск… Власть – это хохлы, которых больше интересуют деньги, а не язык. Поэтому она ничего не делает и не сделает для проведения умной языковой политики. Нормальной реакцией человека с мужскими качествами будет не менее решительный ответ на удар. Не стоит укрощать народ – он и так у нас лоховатый по своей сути – привык терпеть издевательства. Любую возможность всплеска сознания, веры и патриотизма надлежит приветствовать. Как раз такие вещи и формируют нацию, а не экономические реформы и сытая жизнь.

Москали, когда им это выгодно, даже упоминают о демократии. Пусть упомянут о ней в Чечне. Или пусть хотя бы извиняться за миллионы убитых или вывезенных в Сибирь жителей Западной Украины. Они об этом даже не вспоминают. Не вспоминают, как проводилась и русификация – по трупам. А теперь им демократию подавай? Это несерьезно.

Украинцы должны быть хозяевами на своей земле, и делать то, что они считают нужным, а не то, что хотят москали, или еще кто-то».

Социальные сети:           


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>