Хронология: 10 апреля

28 марта 1906 г. (10 апреля по новому стилю):

Начальник Харьковского охранного отделения доложил директору Департамента полиции о неоднократных безуспешных попытках арестовать будущего лидера Донецкой республики Артема-Сергеева. Донесение гласило: «Подорванный арестованием за последнее время нескольких серьезны революционных деятелей, Харьковский объединенный комитет Российской социал-демократической рабочей партии обратился в Петербург за присылкой ему подкрепления, причем указывалось главным образом на присылку «Артема». Кличка эта известна отделению и под ней подразумевается нелегальный Тимофеев, скрывшийся после неудачного обыска в земской больнице на Сабуровой даче, где скрывался «Артем» и подлежал аресту».

28 марта 1917 г. (10 апреля по новому стилю):

Один из лидеров большевиков Харькова Емельянов-Сурик выпустил в газете «Пролетарий» статью «РСДРП и харьковские меньшевики», отвечая на призыв последних объединиться на местном уровне, вопреки разногласиям, существовавшим между ЦК обеих партий. По словам Сурика, «другими словами, нам предлагают уйти из партии и создать «автономную» Харьковскую социал-демократическую рабочую партию». Большевики отвергли этот призыв «автономистов». Кстати, Емельянов-Сурик стал затем одним из основателей советской военной разведки.

10 апреля 1918 г.:

Примерно в этот день Совнарком Донецкой республики во главе с Артемом-Сергеевым прибыл в Луганск (некоторые указывают дату 9 апреля, некоторые – 11-е). Правительство ДКР разместилось в здании бывшего начальника патронного завода генерала Зурабова (ныне – ул. Даля, 7).

Здание, где расположилось правительство ДКР, прибыв в Луганск

Сразу же Совнарком ДКР слился с Луганским Совнарком, сформировав новый состав правительства Донецкой республики – на этот раз многопартийный. К старым харьковцам Артему-Сергееву (он сохранил пост председателя и наркома иностранных дел), Межлауку, Рухимовичу, Каменскому и Магидову присоединились луганчане. Заместителем председателя и наркомом без портфеля стал Лутовинов, правая рука Ворошилова в Луганске (позднее Лутовинов сыграл роковую роль в уничтожении ДКР). Вошли представители местных меньшевиков и левых эсеров. Биографии некоторых из этих наркомов до сих пор не изучены. Память о них сохраняется в мемориальной табличке, висящей на здании по улице Даля (ныне – здесь областная физиотерапевтическая клиника):

фото - с сайта http://yadocent.livejournal.com

В оккупированный Харьков прибыл командир 1-го германского корпуса генерал-лейтенант Т. Менгельбир со своим штабом.

Командование немецкими оккупационными силами во главе с генералом фон Клаузиусом совершили экскурсию по оккупированному Харькову. Гидом выступил консул Дании в Харькове Нильсен. Немцы посетили городскую Думу и ряд предприятий города. Газеты сообщали, что «генерал неоднократно выражал удовлетворение, находя, что существующие предприятия имеют достаточно оборудованный вид для «русского города»". Затем Клаузиус посетил лагерь для военнопленных на Салтовском шоссе, где под крики «ура» передал привет пленным немцам и австрийцам привет «от дорогой родины».

Руководители городской думы эсер Агабеков и меньшевик Рубинштейн объявили о сложении с себя полномочий в связи с тем, что германское оккупационное командование фактически прибрало к рукам всю муниципальную собственность, изъяло продовольствие, а грузы на железной дороге считает своей «военной добычей». Впервые после долгого перерыва на публике появился Д. Багалей, принявший участие в заседании городской Думы. Агабеков доложил, что представители Думы потребовали у украинской власти ответа по поводу необоснованных повальных арестов и погромной агитации, начавшейся в городе. Меньшевик Девдериани (Сан) заявил, что в Харькове «сейчас не найдется ни одного человека, преданного новым властям».

Появилось первое обращение главы оккупационных украинских войск в Харькове атамана П. Болбочана. В обращении, в частности, говорилось: «Граждане Украинской земли! Пробил час суда народного над большевиками, которые грабили Украину и мучали лучших сынов ии. Разбитые под Бердичевым, Ромоданом и Полтавой, они пробовали защищать Харьков, чтобы как можно дольше вести свою подлую и преступную работу. Но окрыленные любовью родного края наши войска не дали им тут долго задержаться и прогнали их». Далее объявлялся набор в Украинскую армию. Набор осуществлялся в «Большой Московской гостинице» (располагалась на Клочковской улице). Любопытно, что Болбочан вел отсчет времени по Берлину…

В оккупированной столице Донецкой республики начались повальные расстрелы людей, заподозренных в большевизме. Вот как выглядел Харьков утром 10 апреля: «Жители Набережной, возле виллы Жаткина, утром нашли на берегу реки 9 трупов молодых людей. Все убиты огнестрельным оружием. Возле трупов толпился народ все утро. По расположению трупов видно, что расстреляны все в одно время и одним залпом… Личности расстрелянных, как и виновники расстрела, не выяснены. Зрелище валяющихся трупов было ужасное. Все расстрелянные по виду рабочие. В массе зрителей царило возмущение варварской расправой со своими противниками, посылались проклятия убийцам, плакали. За Нобелевским переездом, около поселка Южный… в течение полудня лежали 12 трупов с огнестрельными ранами. Из них 11 одеты в солдатскую форму, а один в штатском и в пенсне».

Украинскими гайдамаками арестован харьковец Яков Порч, проживаший в Михайловском переулке, 3 (недалеко от места, где распологался штаб украинцев). Вскоре он был найден среди 12 трупов, найденных возле железнодорожного парка Харькова.

Начались конфликты украинских казаков с дружинниками городской управы Харькова, которые исполняли милицейские функции в городе. Девять дружинников были арестованы гайдамаками, и те уже собирались расстреливать арестованных, но вовремя вмешались городские власти, вызволив дружинников.

В это время харьковская либеральная пресса стала размышлять о будущем страны. Газета «Возрождение» определила главную задачу интеллигенции – «воссоединение единой здоровой России». Мысль о том, что Харьков оказался за пределами России, пока еще не укладывалась в головы харьковцев.

10 апреля 1920 г.:

Всероссийский комитет помощи больным и раненым красноармейцам отчитался о проведении в Харькове «Недели больного и раненого красноармейца». Согласно отчету, за эту неделю в бывшей столице Донецкой респбулики в помощь раненым было собрано до 500 тыс. рублей.

Социальные сети:           


Хронология: 10 апреля: 4 комментария

  1. Шо то мне кажется, что атаман Болбочану был москалем. Если уж не москалем, то полуграмотным малороссом точно. «Грабылы Украину», «довго задэржатысь»,» Бэрлинськэ врэмя». Ганьба якась, а нэ ридна мова!

  2. Интересный факт, что немецкий генерал дал высокую оценку тому, как оборудованы Харьковские заводы в 1918 году. Хотя и с оговоркой – «как для русского города». В смысле, не немецкого).
    Так что, иными словами, Харьков – самый продвинутый промышленный город в России, и это лишний раз тому подтверждение.

Добавить комментарий для Василий Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>