Приватизированная держава

КОМУ принадлежит власть на Украине? Странный вопрос: кому же еще – народу. По крайней мере, так нам официально объявлено. В мире, наверное, нет стран, где бы не ответили так же. А вот как там народ осуществляет свое право на власть?

Пожалуй, единственная форма политической самоорганизации населения – всевозможные партии и движения, в которые люди объединяются на основе различных идей и платформ. Ничего более испытанного и многократно проверенного в мире просто нет. Из представителей разных партий (то есть сторонников разных взглядов на развитие страны) всеобщим голосованием народ, желательно в точной пропорции, формирует законодательную власть – парламент. От имени народа парламент (точнее, партия, имеющая большинство сторонников в момент выборов) поручает исполнительной власти проводить в жизнь предложенную ею политику. (Иногда из членов тех же партий народ избирает и саму высшую исполнительную власть в лице президента). В случае, если политика правящей партии оказывается неудачной, новые выборы фиксируют падение авторитета этой партии, она становится оппозиционной, а власть переходит а руки прежней оппозиции, которая, уже как правящая сила, формирует новые исполнительные органы.

Предельно простой, нехитрый механизм, именуемый демократией, то есть властью народа. Не все здесь однозначно, даже в теории, не то что на практике. Но лучшей схемы пока не придумали. Четкая и понятная связь: народ – партии – парламент (президент) – исполнительная власть.

А как прикажете понимать фразу одного местного собкора, вычитанную на днях в областной газете: “Наметились и определенные конструктивные сдвиги, направленные на сотрудничество политических организаций с властью”? Позвольте, что означает здесь слово “власть”? С кем она сотрудничает? С формами политической самоорганизации народа? В таком случае либо партии, отображающие многообразие разных точек зрения, – это какой-то вредный нарост, абсолютно чуждый народу; либо власть – это нечто совершенно независимое от народа, парящее где-то высоко над ним, нечто священное, раз и навсегда богом данное, Оба положения поразительно соответствуют характеристике закрытого тоталитарного общества. Только человек, воспитанный таким обществом, мог написать приведенную выше фразу: дескать, какой успех – наметилось сотрудничество власти с народом! Смысл именно таков.

Но, как ни странно, сам того не желая, собкор в одной фразе отразил реальную ситуацию на Украине. Несмотря на безоговорочно провозглашенную в 1991 году демократию, власть (причем все ее ветви) принадлежит по-прежнему небольшому слою государственных служащих. Назовите его как хотите: номенклатура, бюрократия, чиновничество. Об этом явлении критиками тоталитаризма написано много умных, толстых книг, но почему-то сейчас, с распадом и запретом КПСС, теоретики замолчали, хотя отсутствие серьезных перемен в высших сферах власти подсознательно отмечается всеми.

Почему огромное большинство общественных деятелей Украины столь подчеркнуто аполитичны, так сторонятся партий и движений? Понятно, они не желают связывать себя с конкретной политической программой: ведь придется уйти, если программа утратит актуальность. А уходить ох как не хочется – даже временно, на период да следующих выборов. Свою работу во власти они привыкли считать своей единственной профессией, вечным божественным даром. Многие даже считают это чем-то наследственным, кастовым – подобно тому, как профессия судьи в Индии передавалась от отца к сыну. Фактически на Украине сформировалась правящая Беспартийная партия власти, партия номенклатуры.

По этой причине украинские власти буквально шарахаются от политики. “Не надо политики! Будем заниматься только экономикой”, – провозглашают они в каждом своем интервью. К сожалению, это заклинание (ничем не отличающееся от застойных ритуальных лозунгов) повторяется столь часто, что уже стало частью подсознания простого человека. Простой человек не осознает, что здесь нет ни грана здравого смысла, но лишь страстное желание предупредить оппозицию; не суйтесь в наши дела, перестаньте критиковать власти, ибо все, чем занимается власть, – это экономика, и это – хорошо; а все, чем занимается оппозиция, – это уже политика, и это – плохо. Хотя элементарная логика подсказывает, что экономика – прерогатива правящей партии, а оппозицию приглашают заняться ею лишь в одном случае – когда ей сдают дела.

Власти не только сами аполитичны, они и весь народ хотят видеть таким же. О равнодушии, усталости и социальной апатии людей тек же постоянно твердит пресса. Впрочем, беспартийность эта властями поощряете”. Мы явственно ощущаем противодействие исполнительной власти возможной победе кандидатов от политических организаций на промежуточных выборах и даже поощрение такого аморального и ненормального состояния, когда а некоторых избирательных округах вообще нет депутатов в представительских органах.

Украинские средства массовой информации отвергают не только “политику” (в их понимании), но и вообще плюрализм, свободу выражения различных мнений. Даже парламентская газета “Голос Украины”, существующая на деньги всех украинских налогоплательщиков, так поливает грязью оппозиционные течения (например, РДК и “Подкарпатскую Русь”), что в цивилизованной стране это, вероятно, давно бы стало предметом судебного разбирательства. Как будто оппозиционеры автоматически выбывают из числа граждан Украины и заведомо приравниваются к иностранным шпионам. А памятный референдум 1 декабря! Трудно припомнить, чтобы по государственному телевидению кто-то призывал голосовать “нет”.

В прессе постоянно муссируются мысли “Не допустить противостояния”, “необходимы сплоченность и единение”. Интересно: если демократы в США ввергнут страну в кризис, станут ли они призывать республиканцев “теснее сплотиться вокруг руководящей и направляющей”? Спору нет, гражданской войны надо избежать во что бы то ни стало. Но гражданская война вспыхивает не там, где одна партия говорит “а”, в другая – “б”, а там, где одно партия подавляет все остальные.

Демократия – не просто говорильня и разнобой мнений, как это представляется на уровне обыденного сознания. Это – стройная системе мирного преодоления конфликтов внутри общества. Именно преодоления, а не замалчиваниия. Поэтому противостояние “оппозиция – правящая партия” – не зло, не излишество, а благо, устойчивая система, которая позволяет, например, Англии 300 лет не знать гражданских войн, несмотря на жаркие баталии в политической жизни страны.

И если на Западе правящая партия доводит государство “до ручки”, то в отставку отправляют не оппозицию, уходят сами горе-правители.

Этого наша номенклатура больше всего и боится. Не за стабильность в обществе она ратует, сражаясь с партиями, а за собственные кресла. Не раздоров больше всего боится, а жесткого контроля. Ибо лучшего средства контроля над деятельностью правящей партии, чем оппозиция, человечество вообще не изобрело! Ни царские ревизоры, ни большевистские комиссары, ни народные контролеры в нашей стране не оправдали себя.

Вот так наше чиновничество, оставшись в 1991 году без идеологического руководства в лице ЦК и масс в виде рядовых членов КПСС, огляделось, утвердило само себя под именем “президентская республика” и начало заниматься тем, чем и все вокруг. Продавцы приватизируют свои магазины, Директора – свои заводы. А чиновники, вполне естественно, приватизировали государство – средство извлечения собственных доходов. Только такая, приватизированная, держава, особая разновидность закрытого общества, позволит им сохранить нынешнее свое положение – вне общества и над ним – и получать сверхприбыль из своих служебных обязанностей. Вот один характерный пример. В принципе, сейчас многие поняли, что развал Союза оказался на руку лишь армии бюрократов. Ведь кордоны, ни простым людям, ни директорам, ни предпринимателям не приносят ничего хорошего. А вот для чиновников-взяточников – это подлинная кормушка. А сколько новых должностей! Одних министров обороны стало в 15 раз больше. А уж о послах и консулах можно не говорить.

Перестройка, начавшись под лозунгом борьбы всего СССР с бюрократией, закончилась абсолютной победой бюрократии и полным поражением СССР.

Некоторые озлобленные люмпен-критики, привыкшие поносить все и вся, как и раньше, ругают “коммунистическую заразу”, ставя знак равенства между нынешними коммунистами и нынешней властью и демонстрируя то ли глупость, то ли нежелание поступаться принципами эпохи “ранней перестройки” или “поздних шестидесятых”. Меньше всего номенклатура связана с внутренней сущностью прежней идеологии – марксизмом. Ей гораздо важнее внешние атрибуты власти. Поэтому, сбросив с тонущего корабля старую идеологию, чиновники вздохнули свободней и начали творить свою новую идеологию.

Она являет собой некую смесь из старых положений (например, по национальному вопросу) и новых веяний, заимствованных у националистов. Причем облекается это строго в старые формы. Так, портреты Ленина меняют на портреты “национальных героев”; преподаватели истории КПСС в вузах переквалифицируются в историков Украины – с теми же, надо полагать, комиссарскими полномочиями; во всех бедах вновь виноваты “враги народа” (теперь пишут: “враги нации”), а также некий внешний супостат, Правда, не тот, что был раньше.

По-видимому, многие бюрократы верят, что КПСС все еще существует – с генсеком, политбюро, ЦК, обкомами, горкомами и всем прочим. Но либо это называется как-то по-иному, либо названия -пока не придумали.

Однако есть одно существенное отличие от старых времен: КПСС держалась на искренней вере значительной части народа в марксизм и на мощном репрессивном аппарате. В новую идеологию верят с трудом, и на армию, милицию и службу безпеки в нынешних условиях нельзя положиться. Но с углублением экономического кризиса приходится думать о радикальных способах удержания власти. Нужен новый репрессивный аппарат. Номенклатура ищет опору и, видимо, находит: в ультраправых, фашистских группировках. Не этим ли объясняется безнаказанность экстремистов из УНСО, их отказ от критики высших должностных лиц в государстве, почтительная встреча лидера УНСО в Донецкой госадминистрации и т. д.?

Способ борьбы со Всем этим лишь один – создание открытого, гражданского, демократического общества по схеме, описанной в начале статьи. Для чего нужно максимально расширить народное самоуправление (с помощью федерализации), но особенно важен демократический закон о выборах по пропорциональному принципу. Необходима мощная оппозиция номенклатуре.

Строго говора, сильной оппозиции в общереспубликанском масштабе на Украине нет. Немногочисленных и маловлиятельных национал-демократов терпят лишь потому, что они частично снабжают власти новой идеологией, а кроме того, придают некоторую демократическую респектабельность перед лицом Запада. Они не соперники для номенклатуры.

Основные социальные силы, противостоящие национализму и бюрократии, – трудящиеся, директора, предприниматели – уже создали и укрепляют свои партии. Соцпартия, партия Труда, либералы – ими фактически перекрывается весь спектр общественно-политической мысли. В принципе возможно еще появление интегралистской или юнионистской партии, защищающей интересы русского населения Украины. Из соперничества между ними со временем может сформироваться устойчивое цивилизованное гражданское общество. Скажем, Либеральная партия в двухпартийной системе может выполнять роль традиционного либерально-демократического крыла (подобно консерваторам в Англии), а партия Труда – роль социал-демократов (как лейбористы). Гадать на эту тему бесполезно. Будущее семо покажет, каким оно будет. Но при всех различиях между этими тремя силами объединить их может одно – стремление не допустить закрепления у власти тоталитарных сил – номенклатуры и фашистов, а также тех, кто пожелает к ним примкнуть.

Чиновники есть в любом государстве. Они должны честно и добросовестно, подобно другим членам общества, выполнять функции повседневного управлении страной. Но сувереном власти они быть не могут. Государство – республика (что в переводе с латыни означает “общее дело”) не должно быть приватным подворьем бюрократа.

Донецкий кряж, 21 мая 1993 г.

Социальные сети:           


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>